Переводы Корана на русский язык

Переводы Корана на русский язык

по-арабски: ترجمات القرآن إلى الروسية

теги: -

см. также: перевод Корана: толкование, европейские языки, языки мусульманских народов, требования

В России интерес к Корану начал расти с первой трети 18 века, чему способствовали, с одной сто­ро­ны, распространение в Западной Европе романтичных представлений о мусульманском Во­с­то­ке, а с другой стороны — стремление российских государей расширить южные пределы им­пе­рии.

Алкоран о Магомете, 
или Закон турецкий.

Ранние переводы

Первый перевод Корана на русский язык, получивший название Алкоран о Магомете, или За­кон турецкий, был напечатан по инициативе Петра I в 1716 году. Он был выполнен с по­пу­ляр­но­го в тот период французского перевода Андре дю Рие, однако содержит много ошибок, выз­ван­ных от­сутствием у автора необходимых знаний об исламе и плохим знанием собственно фран­цуз­ско­го языка. Титульный лист того издания не содержит имени переводчика.

Российский книговед В. С. Сопиков (ум. 1818) ошибочно приписывал его авторство советнику Пе­тра I, князю Дмитрию Кантемиру (ум. 1723). Последний перевёл с латыни критическое ис­сле­дование мусульманского шари‘ата Книга Систима, или Состояние мухаммеданския религии (1722), но никогда не брался за перевод священной книги мусульман. Согласно другому мнению, не менее спорному, вышеназванный перевод осуществил врач Пётр Посников (Постников), ко­то­рый длительное время работал дипломатом в Париже. Перу Петра Посникова действительно при­над­ле­жит перевод Корана, выполненный с французского перевода А. дю Рие. Однако он так и не был издан, а сохранившиеся рукописи этого труда существенно отличаются от издания 1716 года (по Н. А. Красникову).

Расширение гражданских и религиозных прав мусульман при императрице Екатерине II (1762—1796) послужило толчком для дальнейшего изучения ислама в России. В 1787 году в типографии Императорской Академии наук (Санкт-Петербург) впервые в России был напечатан полный ара­бс­кий текст Корана, подготовленный муллой ‘Усманом Ибрахимом. Примерно в тот же период по­я­ви­лись переводы М. И. Веревкина (1790) и А. В. Колмакова (1792).

Первый из них был выполнен с французского перевода А. дю Рие и считается «самым поэтичным из всех переводов своего времени» (по К. С. Кашталёвой). Несмотря на наличие в работе мно­го­чис­лен­ных неточностей, во многом связанных с особенностями французского подлинника, труд М. И. Веревкина (ум. 1795) пробудил живой интерес к Корану в российской академической и ли­тературной среде. Находясь под впечатлением от его выразительного языка, великий русский по­эт А. С. Пушкин сочинил свои знаменитые Подражания Корану (1824).

Перевод Веревкина.

Второй перевод, сделанный А. В. Колмаковым (ум. 1804) с английского перевода Дж. Сэйла, был дополнен переводом жизнеописания пророка Мухаммада ﷺ. В отличие от первых переводов Корана на русский язык, изданных по указанию и на средства государей Российских, это издание было осуществлено «иждивением» книговеда и библиографа Василия Сопикова.

Перевод А. В. Колмакова.

Во второй половине 19 века в европейских и российских научных кругах активно обсуждается новый французский перевод Корана, выполненный польским иммигрантом А. Биберштейном-Казимирским. Он был включён в коллекцию священных книг Востока, изданную в трёх томах, и позволил европейцам впервые взглянуть на Коран как на самостоятельный памятник, возникший в чуждой и даже враждебной среде, но заслуживающий беспристрастного изучения. Перевод это­го труда на русский язык, выполненный К. Николаевым, впервые был издан в 1864 году, а впо­следствии дополнен и слегка отредактирован. По свидетельству И. Ю. Крачковского, «для рус­ской литературы перевод Николаева сыграл почти такую же роль, как его оригинал во Фран­ции. Он избавил от необходимости обращаться к старым переводам 18 века». Следует от­ме­тить, что о личности К. Николаева нам практически ничего не известно. В научной ли­те­ра­ту­ре лишь от­ме­чается, что по своему происхождению он был связан с кружком славянофилов.

По мнению В. И. Беляева и П. А. Грязневича, ранние переводы Корана на русский язык носили «просветительский» характер и не имели научного значения, потому что были выполнены неспециалистами и не с подлинника, а с европейских переводов, в свою очередь не всегда в достаточной степени авторитетных. Тем не менее, они сыграли свою положительную роль, дав возможность русскому читателю непосредственно познакомиться с Кораном и способствуя устранению бытовавших подчас нелепых представлений о священном писании мусульман и их образе жизни.

Перевод К. Николаева.

Начало исследований Корана

В 1859 году был издан Полный конкорданс Корана или ключ ко всем словам и выражениям его текстов для руководства к исследованию религиозных, юридических, исторических и ли­те­ра­тур­ных начал сей книги, составленный первым деканом факультета восточных языков Санкт-Пе­тер­бург­ско­го университета Мирзой Казем-беком (ум. 1870). Выходец из азербайджанской се­мьи, он получил традиционное мусульманское образование, а впоследствии обратился в хри­сти­ан­ство и внёс неоценимый вклад в развитие российского востоковедения. В процессе ра­бо­ты над кон­кор­дан­сом А. Казем-бек опирался на так называемый Коран Флюгеля, который от­ли­ча­ет­ся от свя­щен­но­го текста, признаваемого мусульманской традицией. Пожалуй, это было главным не­дос­тат­ком работы российского учёного, потому что с появлением каирского издания Корана не­тра­ди­ци­он­ный текст, подготовленный Г. Флюгелем, фактически потерял своё значение.

Издание конкорданса А. Казем-бека предварило начало новой эпохи в истории российского ко­ра­но­ве­де­ния. Предметом исследования стал собственно текст Корана на арабском языке. В 1863 го­ду в Казани издаётся специальный словарь к Корану и памятникам доисламской арабской поэ­зии, составленный И. Ф. Готвальдом, а в 1881 году в Санкт-Петербурге выходит в свет Сло­варь к ара­бс­кой хрестоматии и Корану, подготовленный В. Ф. Гиргасом. Неслучайно имен­но в этот пе­ри­од появляются и первые переводы Корана непосредственно с арабского под­лин­ни­ка.

В 1871 году завершает работу над переводом Корана Д. Н. Богуславский, пристав при Шамиле во время его пребывания в Калуге, получивший основательную востоковедную подготовку и многие годы проведший на русской дипломатической службе в Стамбуле. По словам И. Ю. Крачковского, автор широко использовал турецкую религиозную литературу и комментарии к Корану. Это подтверждается тем, что перевод дополнен интересными комментариями и замечаниями, взятыми из многочисленной богословской литературы. Несмотря на это обстоятельство, перевод Д. Н. Богуславского не лишён неточностей и даже грубых ошибок, которые, тем не менее, не умаляют его значимости и достоинств. По признанию автора, изначально он не ставил перед собой цель перевести Коран целиком, а, пользуясь сочинениями мусульманских экзегетов, изучал «самые трудные и тёмные места». По возвращении в Россию ему стало известно, что рус­скоязычного перевода Корана с подлинника на тот период ещё не было, и он принял решение довести работу до конца.

Опубликовать свой труд при жизни Д. Н. Богуславский так и не решился. Возможно, этому вос­пре­пят­ство­ва­ли его занятость в Военном министерстве и дипломатическая работа на Дальнем Вос­то­ке. Возможно, он отказался издавать свой труд по причине появления перевода Г. С. Са­блу­ко­ва (1878). В любом случае после смерти автора его вдова предложила Академии наук издать перевод Корана, но получила отказ. Некоторое время следы этой рукописи были затеряны, но в феврале 1928 года она была случайно приобретена И. Ю. Крачковским, а после его смерти по­па­ла на хранение в Санкт-Петербургское отделение архива РАН. Перевод Д. Н. Бо­гус­лав­ско­го впервые был издан в 1995 году Центром «Петербургское Востоковедение» совместно с издательской фирмой «Восточная литература», а позднее, в 2000 и 2001 годах, турецким издательством «Çağrı Yayınları».

Судьба второго перевода Корана с арабского языка оказалась более счастливой. Выполненный ка­занским востоковедом и миссионером Г. С. Саблуковым (ум. 1880), он был впервые издан в 1878 году. Спустя год автор осуществил издание приложения к своему переводу — указателя к содержащимся в Коране именам собственным и религиозным понятиям. Позднее данный перевод многократно переиздавался, а издание 1907 года было дополнено арабским текстом. Несмотря на это, вскоре перевод Саблукова стал библиографической редкостью. Спустя много лет он был переиздан в Москве и Санкт-Петербурге (1990, 1991), Алма-Ате (1991), Минске (1991), Каире (1993) и т. д.

Гордий Саблуков

Несмотря на широкую популярность этого перевода, в его адрес было высказано немало кри­ти­чес­ких замечаний. По словам А. Е. Крымского, «Саблуков старается быть мёртвенно-бук­валь­ным, так что во многих местах понять его нельзя, если не смотреть одновременно в арабский ори­гинал. Кроме того, в переводе Саблукова есть изрядное количество несомненных ошибок». Вот как оценили её советские исламоведы В. И. Беляев и П. А. Грязневич: «Этому переводу, заслужившему положительные отзывы В. Р. Розена, а позднее — И. Ю. Крачковского, на протяжении почти столетия суждено было удовлетворять и нужды науки и разнообразные запросы русского общества. Однако с течением времени недостатки и отрицательные стороны почтенного перевода Г. С. Саблукова ощущались всё сильнее каждым, кто к нему обращался. Для арабиста ясны были его многочисленные неточности. Для неспециалиста местами он был трудно читаем из-за особенностей русского языка перевода, перегруженного архаизмами, и зачастую из-за темноты выражений, не позволявшей добраться до обычного смысла; последнее заставляло даже ставить вопрос, понимал ли сам переводчик то, что он хотел передать в переводе. <…> К тому же в его переводе имелись специфические выражения, присущие христианской литературе и возникшие в процессе переводов на русский язык Библии и Евангелия. Будучи закреплёнными в печатном переводе Корана, они могли вызвать у неподготовленного читателя ассоциации, далекие от идеологии ислама, и создать искажённое представление об идейном содержании этого памятника».

Современные переводы

В 1920-х годах работу над переводом Корана начал известный арабист, академик И. Ю. Крач­ков­ский (ум. 1951). Его труд коренным образом отличался от переводов его предшественников. И если в XIX в. переводы смыслов Корана на русский язык испытывали на себе заметное богословское влияние, то перевод смыслов И. Ю. Крачковского испытал на себе влияние политики, атеизма, материализма. Задавшись целью дословно перевести аяты Корана, советский учёный прак­ти­чес­ки не опирался на традиционные тафсиры и принимал во внимание только фи­ло­ло­ги­чес­кие трактовки. Такой методологический подход принципиально отличался от тех, которыми поль­зо­ва­лись авторы предыдущих русскоязычных переводов Корана, но имел много общего с бук­ва­ли­ст­­ским подходом европейских переводчиков Р. Белла, Р. Блашера и Р. Парета.

Игнатий Крачковский.

В предисловии к этому труду В. И. Беляев и П. А. Грязневич пишут: «Особенностью исследований И. Ю. Крачковского по Корану явился его подход к нему как к литературному памятнику, первому крупному памятнику арабской литературы, написанному прозой. В этом смысле его исследование шло новыми путями, когда он отказывался рассматривать Коран как преимущественно религиозно-философский и законодательный памятник; это вызвало принципиальное изменение в методике его перевода. И. Ю. Крачковский поставил своей целью дать адекватный литературный перевод текста Корана, освободив его от традиционных толкований и подойдя к нему как памятнику своей эпохи и своей среды, использовав все последние достижения научного исламоведения. <…> Однако целый ряд обстоятельств помешал И. Ю. Крачковскому полностью осуществить задуманную им работу. Окончательная редакция перевода не была завершена, а обширный подготовительный материал не был целиком реализован. Самый текст перевода остался литературно необработанным, местами сохраняя форму подстрочника».

Вначале ака­де­мик И. Ю. Крачковский переводил Коран, основываясь на издании Г. Флюгеля, но позднее при­вёл текст в соответствие с каирским изданием. В 1930 году работа над черновым вариантом пе­ре­во­да была завершена, но автор не спешил с его публикацией. Он продолжил изучение на­сле­дия му­су­ль­ман­ских экзегетов и западных востоковедов, дополняя свой труд новыми ком­мен­та­ри­я­ми. Т. А. Шумовский в предисловии к своему стихотворному переводу Корана (С. 18-19) пишет: «Изданный трижды (Москва, 1963, 1986, 1990) новейший русский перевод Корана, выполненный академиком И. Ю. Крачковским, страдает многочисленными погрешностями. Сверка текста Крачковского с арабским подлинником выявила 505 случаев неверного перевода отдельных стихов, 184 случая прямого нарушения смысла. Налицо употребление неологизмов (108 случаев), недопустимых в языке средневекового памятника, провинциализмов (33 случая), противопоказанных серьезному переводу. Обращает на себя внимание небрежность, по временам доходящая до прямой неряшливости. Например, арабское ‘джинн’ переводится то как ‘джинны’ (сура 41, стих 29), то как ‘гений’ (сура 41, стих 24). На всём переводе лежит печать спешки, мешавшая академику при подготовке столь ответственной рукописи с особенной тщательностью проверить свои знания по словарям. <…> Крачковский перевёл Коран буквально — без оглядки на грамматику, строй языка и дух памятника, механически подставляя вместо каждого арабского слова его русское значение. В результате возникли мёртворожденные страницы, не дающие истинного представления о всемирно-историческом произведении, чьё слово живёт уже около четырнадцати столетий».

Смерть не позволила И. Ю. Крачковскому завершить задуманное, и его перевод Корана был опу­б­ли­ко­ван лишь посмертно. Он выдержал два академических издания (1963, 1986), однако ни в од­ном из них текст не подвергался полноценной научной и литературной редактуре. В результате в нём были сохранены даже очевидные описки автора, которые сильно искажают подлинный смысл некоторых аятов. Несмотря на эти недостатки, перевод И. Ю. Крачковского оказал ог­ром­ное влияние на развитие коранистики на постсоветском пространстве и оставил заметный след в научной и культурной жизни России. Крачковскому удалось точно передать смысл большинства коранических аятов, что облегчило работу его последователям, и можно с уверенностью сказать, что все последующие переводчики Корана на русский язык регулярно обращались к его труду.

Одним из них был доктор исторических наук Теодор Адамович Шумовский (1913—2012), чей стихотворный перевод Корана на русский язык был опубликован в 1995 г. В предисловии к своему переводу (С. 18) он пишет: «В этом переводе не следует искать пословного воспроизведения памятника: относительно к рифмованному тексту такое действие невозможно; один из крупнейших русских переводчиков М. Л. Лозинский уподоблял подобную задачу “квадратуре круга”. Но каждая мысль Корана развёрнуто, тщательно и отчётливо передана в этой книге богатыми средствами русского языка».

К сожалению, автору не удалось достичь поставленной цели, поскольку его перевод содержит много ошибок, порождённых неосведомлённостью об основных мусульманских воззрениях и религиозных предписаниях. Создаётся впечатление, что Т. А. Шумовский не придавал значения тому, что Коран не просто литературный памятник, а основа мусульманского вероучения и законодательства. Деление сур на аяты в этой работе также отсутствует.

Последнее десятилетие прошлого века было отмечено ростом интереса к традиционной ду­хов­но­сти в целом, что не могло не привести к появлению новых исследований и переводов Корана. С конца 1980-х годов в журнале Наука и религия начинается публикация фрагментов перевода Корана, выполненного В. М. Пороховой (1940—2019). Характеризующийся богатым поэтическим языком и снабжённый интересными комментариями, этот перевод завоевал сердца широкой чи­та­тель­ской аудитории, которая была готова простить автору отступления от текста подлинника. Между тем реакция научной и религиозной общественности на перевод В. М. Пороховой была более чем сдержанной. В упрёк ей ставили незнание арабского языка, отсутствие специальной под­го­тов­ки, а также «огромное количество ошибок, серьёзно искажающих содержание священного текста».

При работе над своим трудом В. М. Порохова использовала классические мусульманские толкования Ибн Джарира ат-Табари и Ибн Касира, современное толкование Сеййида Кутба, комментарии ‘Абдаллаха Йусуфа ‘Али на английском языке и т. д. Однако желание сделать перевод красивым и привлекательным порой мешало автору передать точный смысл аятов, а невнимательное и местами небрежное отношение к значениям отдельных слов повлекло за собой большое количество идеологических и шари‘атских ошибок. Кроме того, некоторые комментарии В. М. Пороховой противоречат авторитетным толкованиям ранних улемов. И хотя многие русскоязычные читатели, не знающие арабского языка и основ мусульманской религии, положительно отзываются о её переводе смыслов Корана, многочисленные грубые ошибки не позволяют признать её труд соответствующим современным требованиям, предъявляемым к переводам Корана.

Поэтический перевод В. И. Пороховой

Примерно в тот же период на суд русскоязычных читателей был вынесен перевод профессора М.-Н. О. Османова. Работа над этим трудом, начатая по инициативе директора Института во­сто­ко­ве­де­ния АН СССР Евгения Примакова, заняла примерно десять лет. В редакционный совет, возглавляемый автором, вошли ещё одиннадцать российских исламоведов. По свидетельству самого автора, в процессе работы он обращался к толкованиям Ибн Джарира ат-Табари, ал-Байдави, ал-Куртуби, Ибн Касира, ар-Рази и многих других богословов, а также к более чем десяти различным переводам Корана на русский, английский, французский, немецкий и персидский языки.

Впервые перевод да­ге­стан­ско­го востоковеда был опубликован частями в журнале Памир в течение почти двух лет. Первое полное издание этого перевода увидело свет в 1995 году. В последующие годы автор подготовил к изданию ещё две научные редакции, которые заслужили высокую оценку как востоковедов, так и мусульманских религиозных деятелей. Труд профессора М.-Н. О. Османова характеризуется про­стым и понятным языком, высокой филологической точностью, подробными и надёжными ком­ментариями, основанными на тщательном анализе мусульманской традиции и достижений за­пад­ного и отечественного востоковедения. Работу Османова можно назвать самым удачным переводом Корана конца XX в., который можно цитировать при переводе исламской теологической литературы.

Магомед-Нури Османов.

В 1999 г. был опубликован ещё один перевод Корана на русский язык, авторами которого были профессор ‘Абд ас-Салам аль-Манси и доктор Сумаййа Мухаммад аль-‘Афифи. Этот перевод мало чем отличается от перевода академика И. Ю. Крачковского, но дополнен богатыми и интересными комментариями. Пожалуй, наиболее очевидный недостаток этих комментариев состоит в том, что их составители практически игнорировали тафсиры ранних улемов и воспользовались, главным образом, комментариями Саййида Кутба, Абу аль-‘Аля аль-Маудуди, ас-Сиддики, ‘Абдуллаха Йусуфа ‘Али, ад-Дарйабади и других поздних комментаторов. Выраженные литературные недостатки этого перевода определяются его «родством» с переводом И. Ю. Крачковского, который не получил окончательной научной и литературной формы. Однако эти недостатки зачастую компенсируются комментариями к переводу.

В 2000 г. вышел в свет перевод Корана, осуществленный писателем и публицистом Чингизом Гасановичем Гусейновым. По словам автора, перевод на русский язык выполнен с огузского перевода некоего средневекового учёного Ибн Гасана, расставившего суры по мере их ниспослания. Отсутствие у автора элементарных знаний арабского языка и глубоких познаний в области религии сильно отразилось на этой работе. В частности, уже в предисловии Ч. Г. Гусейнов повторяет христианское заблуждение о том, что люди созданы по образу и подобию Бога. Кроме того, он несправедливо и необоснованно критикует сподвижников за то, что они не расположили коранические откровения в хронологическом порядке. По мнению исследователя, именно это затрудняет восприятие Корана и искажает «сокрытый и неподвластный разумению нашему смысл явленного».

После такого обвинения Ч. Г. Гусейнов на страницах своего перевода сам не раз отступает от очевидного смысла аятов и высказывает ошибочные суждения, явно противоречащие основам мусульманской веры. Удачно переведённые выражения в его работе чередуются с отрывками, смысл которых искажён или даже полностью утерян. На всём труде лежит печать эмоциональности автора, без труда ощущается его стремление передать возвышенность коранического слога — стремление, которое часто побуждало его жертвовать точными значениями коранических откровений. И хотя этот труд легко читается и удобен для восприятия, его нельзя поставить в один ряд с переводами, выполненными с арабского языка.

Большой научный интерес представляет собой неопубликованный до сих пор перевод известной арабистки Б. Я. Шидфар (1928 — 1993), который нам удалось прочесть в рукописи. Автор приняла во внимание многие упущения своих предшественников и сумела правильно передать смысл многих аятов, которые оказались «камнем преткновения» для предыдущих переводчиков Корана. Однако она тоже допускала погрешности при передаче смысла некоторых божественных качеств и другие ошибки, без которых, наверно, не обходится ни один человеческий труд. В целом же, перевод Б. Я. Шидфар заслуживает такой же высокой оценки, как и перевод, выполненный профессором М.-Н. О. Османовым.

В 2003 году вышел в свет смысловой перевод Корана, осуществлённый азербайджанским фи­ло­со­фом-ре­ли­гио­ве­дом Э. Р. Кулиевым. Этот перевод возник в процессе перевода на русский язык многотомного тафсира известного арабского мыслителя ‘Абд ар-Рахмана ас-Са‘ди. В основу дан­но­го труда изначально был положен перевод профессора М.-Н. О. Османова, однако осо­бен­но­сти тафсира требовали внесения в него соответствующих редакторских правок. Впоследствии автор переработал черновой вариант перевода, опираясь на комментарии авторитетных мусульманских экзегетов ат-Табари, аль-Багави, Абу аль-Касима аз-Замахшари, Абу ‘Абдуллаха аль-Куртуби, Ибн Касира ад-Димашки и др. Издание было дополнено обширными комментариями, в которых главное место отведено преданиям о причинах ниспослания аятов и хадисам Пророка ﷺ. От­ли­чи­тель­ная особенность этого труда — наличие альтернативных переводов, отражающих мно­го­зна­ч­ность арабской лексики и вариативность чтения Корана. Спустя три года после первого из­да­ния данного перевода вышел в свет и перевод тафсира ас-Са‘ди под названием Облегчение от Великодушного и Милостивого.

Файл:Кулиев.jpg

Эльмир Кулиев.

По состоянию на 2010 год существует восемнадцать полных и более десяти фрагментарных пе­ре­во­дов Корана на русский язык, готовится к изданию ритмизированный перевод В. Д. Ушакова, ав­тора монографии Фразеология Корана.

Традиция перевода Корана в России неразрывно связана с расширением тезауруса русского языка за счёт шари‘атских терминов и с формированием особого исламско-проповеднического стиля. Этому способствует появление в последние годы целого ряда монографий и переводов по ис­то­рии, философии и этике ислама. Значительным событием стали перевод и издание отдельных глав сочинения аль-Итка̄н фи ‘улюм аль-Кур’а̄н («Совершенство в коранических науках»), при­над­ле­жа­ще­го перу имама ас-Суйути (с комментариями Д. В. Фролова).

Растущий интерес к исламу — закономерное следствие становления в России современной ре­ли­ги­оз­ной культуры, основанной на веротерпимости, взаимном уважении и признании вклада всех народов страны в становление общероссийской идентичности. В этой связи изучение Ко­ра­на и обучение ему — важный шаг на пути укрепления и совершенствования традиционной ду­хов­но­сти, преодоления негативных проявлений «религиозного ренессанса» 1990-х годов и пол­но­цен­ной интеграции верующих мусульман во все сферы жизнедеятельности российского общества.

Необходимость скорейшего решения этих задач делает всё более актуальным создание кол­лек­тив­но­го научного перевода Корана на русский язык, основанного на всестороннем фи­ло­ло­ги­чес­ком анализе сакрального текста, на по­ни­ма­нии роли мусульманского предания в разъяснении скры­тых смыслов писания и на осознании пределов применения этико-пра­во­вых норм Корана в сов­ре­мен­ных российских реалиях.

Литература

Использованная литература

• Э.Р. Кулиев, Переводы Корана на русский язык // Корановедение: Учебное пособие. — М. : Изд-во МИУ, 2010. — С. 340-344. (рус.; сотр.)
• Э.Р. Кулиев, Переводы Корана на русский язык // На пути к Корану. — 3-е изд., испр. — М. : Издатель Эжаев, 2008. — 560 с. (рус.; сотр.)

Дополнительная литература

• H. Bobzin, Translations of the Qurʾān // Encyclopaedia of the Qurʾān. — Leiden : E. J. Brill, 2006. — Vol. V (Si—Z). (англ.)

Информация о статье

• Автор: Редакция сайта; E-mail: feedback@quranacademy.org.
• Библиографическая ссылка: Переводы Корана на русский язык [Электронный ресурс] // QuranAcademy.org: Академия Корана. 2020 г.
• URL: http://ru.quranacademy.org/encyclopedia/article/tarjama-ru
• Дата первой публикации: 20 апреля 2020 г.

Сотрудничество

Академия Корана при­гла­ша­ет к сотруд­ни­чест­ву авторов статей, редакто­ров, пере­вод­чи­ков, волон­тёров и т. д. Об ус­ло­виях сотрудни­чест­ва и других интере­сую­щих Вас вопросах мо­же­те спросить в на­шем Те­ле­грам-ак­каунте.

Авторы этой статьи — участники проекта Академии Корана. Если вы хотите обсудить содержание статьи, то перейдите на страницу обсуждения статьи. Ссылки: 🔍 Просмотр (адм, арх, dev) / Википедия (цит.) / Iequran (л,с, а) / corpus / Brill: (1, 2, 3) / EQ / Islamica (ш, с) / TDVIA (ш) / ИЭС’91 / Али-заде Мета-теги:  / Google (hqa) / Яндекс : * {{TDV||статья||yıl=|cilt=|sayfa=}}