Башкирский язык

Башкирский язык
оригинал. название	башк. башҡорт теле
самоназвание	башҡорт теле
этноним	башкиры
страны	Россия, Казахстан
общ. кол-во	1,2—1,6 млн
семья	тюркская
группа	кыпчакская
письменность	кириллица
религия	ислам
код ISO 639-1	ba

|}

Башки́рский язы́к (башк. башҡорт теле) — тюркский язык, национальный язык башкир. Относится к поволжско-кыпчакской подгруппе, кыпчакской группы, тюркской ветви алтайских языков. Один из государственных язы­ков Рес­пуб­ли­ки Баш­кор­то­стан (Башкирия).

Общие сведения

Башкирский язык распространён в Рес­пуб­ли­ки Баш­кор­то­стан, а так­же в Че­ля­бин­ской, Орен­бург­ской об­лас­тях и в отдельных рай­онах Кур­ган­ской, Са­ра­тов­ской, Са­мар­ской, Сверд­лов­ской и Перм­ской об­лас­тей РФ, в Ка­зах­ста­не. Чис­ло го­воря­щих на башкирском языке в РФ свыше 1 152 тыс. человек (2010), в Ка­зах­ста­не 23 тыс. человек (1999).

Башкирский язык вклю­чает три диа­лек­та: вос­точ­ный (ку­ва­кан­ский), юж­ный (юр­ма­тин­ский) и за­пад­ный (бур­зян­ский). Име­ет ряд об­щих черт с та­тар­ским язы­ком.

Литература башкирского языка сло­жил­ся в середине 1920-х годов, по­сле об­ра­зо­ва­ния Башкирской АССР. Су­ще­ст­во­вав­шая ра­нее литературара (XVI–XX вв.) раз­ви­ва­лась сна­ча­ла под влия­ни­ем тюр­ки, а на ру­бе­же XIX–XX веков – литературы татарского язы­ка. Пись­мен­ность до 1929 строи­лась на ба­зе араб­ско­го, с 1929 по 1938 – латиницы. С 1939 ис­поль­зу­ет­ся ки­рил­лический ал­фа­вит.

Башкиры (самоназвание – башкорт) — коренное население Республики Башкортостан. Численность 1584,6 тыс. человек (2010). В Башкортостане проживают 1172,3 тыс. башкир., Оренбургской области – 46,7 тыс., Пермском крае – 32,7 тыс., Свердловской области – 31,2 тыс., Челябинской области – 162,5 тыс., Курганской области – 12,3 тыс., Тюменской области – 46,4 тыс., Ханты-Мансийском автономном округе – 35,4 тыс., Татарстане – 13,7 тыс. и других регионах России. Есть также общины башкир в Казахстане (17,3 тыс. чел.). Узбекистане, Киргизии, Таджикистане, Туркмении, на Украине и других странах мира. Около 40% башкир проживают вне Баш­кор­то­стана.

Тра­диционная куль­ту­ра башкир ти­пич­на для При­ура­лья. Основное тра­диционное за­ня­тие в сте­пях Южной Баш­ки­рии и За­ура­лья – по­лу­ко­че­вое ско­то­вод­ст­во (ло­ша­ди, ов­цы и др.), до­пол­няе­мое в гор­но-лес­ных рай­онах борт­ни­че­ст­вом и охо­той; в лес­ных рай­онах Северной Баш­ки­рии – зем­ле­де­лие, охо­та и ры­бо­лов­ст­во. Зем­ле­де­лие к конце XIX века ста­ло пре­об­ла­даю­щим за­ня­ти­ем. Ре­мёс­ла – вы­плав­ка же­ле­за и ме­ди, из­го­тов­ле­ние вой­ло­ка, ков­ров, резь­ба и рос­пись по де­ре­ву; в узор­ном вя­за­нии, тка­че­ст­ве и вы­шив­ке рас­про­стра­не­ны гео­мет­ри­че­ские, зоо- и ан­тро­по­морф­ные мо­ти­вы, близ­кие к чу­вашскому, удмуртскому и марийскому ис­кус­ст­ву; в тис­не­нии по ко­же, узор­ном вой­ло­ке, че­кан­ке по ме­тал­лу, юве­лир­ном ор­на­мен­те – кри­во­ли­ней­ные мо­ти­вы, имею­щие тюркские кор­ни.

Основное жи­ли­ще ко­чев­ни­ков – вой­лоч­ная юр­та (тир­ме) тюрк­ско­го (с по­лу­сфе­рическим вер­хом) или мон­голь­ско­го (с ко­ническим вер­хом) ти­па. При пе­ре­хо­де к осед­ло­сти на мес­те зим­ни­ков (кыш­лау) воз­ни­ка­ли по­сто­ян­ные по­се­ле­ния-ау­лы. Тра­диционные блю­да – мел­ко­на­ре­зан­ная ко­ни­на или ба­ра­ни­на с буль­о­ном (биш­бар­мак, кул­ла­ма), вя­ле­ная кол­ба­са из кон­ско­го мя­са и жи­ра (ка­зы), различные ви­ды тво­ро­га (эрем­сек, еже­кей), сыр (ко­рот), ка­ши из пше­на, яч­мен­ной, пол­бя­ной и пше­нич­ной кру­пы и му­ки, лап­ша на мяс­ном или мо­лоч­ном буль­о­не (хал­ма), кру­пя­ные су­пы (ой­ре), пре­сные ле­пёш­ки (кёль­се, щё­се, ик­мек); на­пит­ки – раз­бав­лен­ное ки­слое мо­ло­ко (ай­ран), ку­мыс, пи­во (бу­за), мёд (бал).

Со­хра­ня­ет­ся де­ле­ние на пле­ме­на (бур­зян, усер­ган, тамь­ян, юр­ма­ты, та­бын, кып­чак ка­тай и др. – все­го бо­лее 50). Верующие – мусульмане-сунниты.

История

В формировании башкир решающую роль сыграли тюркские скотоводческие племена, которые еще до прихода на Урал долгое время кочевали в приаральско-сырдарьинских степях. Пред­ки башкир (башд­жарт, баш­ги­рд, баш­керд) впер­вые упо­ми­на­ют­ся арабскими ав­то­ра­ми сре­ди огуз­ских пле­мён Средней Азии в IX веке. К 920-м годам они по­па­ли че­рез Южную Си­бирь в При­ура­лье, где ас­си­мили­ро­ва­ли ме­ст­ное фин­но-угор­ское и древ­не­иран­ское (сармато-алан­ское) на­се­ле­ние. На Южном Ура­ле башкиры всту­пи­ли в кон­такт с волж­ско-кам­ски­ми бул­га­ра­ми и фин­но-угор­ски­ми пле­ме­на­ми Ура­ло-По­вол­жья и Западной Си­би­ри. Сре­ди башкир вы­де­ля­ют­ся 4 ан­тро­по­ло­гических ти­па: су­б­у­раль­ский (ураль­ская ра­са) – в основном в северных и северно-западных лес­ных рай­онах; свет­лый ев­ро­пео­ид­ный (бе­ло­мо­ро-бал­тий­ская ра­са) – северо-западная и западная Баш­ки­рия; юж­носи­бир­ский (юж­но­си­бир­ская ра­са) – сре­ди северо-восточных и осо­бен­но за­ураль­ских башкир; юж­ный ев­ро­пео­ид­ный (пон­тий­ский ва­ри­ант ин­до-сре­ди­зем­но­мор­ской ра­сы) – в бас­сей­не р. Дё­ма и в юго-западных и юго-востосточных гор­но-лес­ных рай­онах.

Со­глас­но фольк­лор­ным ис­точ­ни­кам, башкиры около 1219/1220 года за­клю­чи­ли до­го­вор с Чин­гис­ха­ном о вас­са­ли­те­те, со­хра­нив ав­тоно­мию в фор­ме сою­за пле­мён на ро­до­вых зем­лях Южного Ура­ла. Воз­мож­но, этим до­го­во­ром объ­яс­ня­ет­ся, что башкирские зем­ли не во­шли в со­став ни од­но­го зо­ло­то­ор­дын­ско­го улу­са, вплоть до об­ра­зо­ва­ния в XIV–XV веках Но­гай­ской Ор­ды. К XIV веку рас­про­стра­ня­ет­ся ис­лам, раз­ви­ва­ют­ся пись­мен­ность, литература, по­яв­ля­ет­ся мо­ну­мен­таль­ная ар­хи­тек­ту­ра. В со­став башкир вли­ва­ют­ся но­вые тюрк­ские (кип­ча­ки, бул­га­ры, но­гай­цы) и монгольские пле­ме­на.

В 1557 году (по­сле при­со­еди­не­ния Ка­зан­ско­го хан­ст­ва к Русскому государству) башкиры при­ня­ли русское под­дан­ст­во, ос­та­вив за со­бой пра­во вла­деть свои­ми зем­ля­ми на вот­чин­ных на­ча­лах, жить по сво­им обы­ча­ям и ре­ли­гии. В XVII–XVII веках на­ру­ше­ние этих ус­ло­вий не­од­но­крат­но вы­зы­ва­ло вос­ста­ния башкир. По­сле по­дав­ле­ния вос­ста­ния Пу­га­чё­ва 1773–1775 годов со­про­тив­ле­ние башкир бы­ло слом­ле­но, од­на­ко их вот­чин­ные пра­ва на зем­лю со­хра­не­ны. Уч­ре­ж­де­ни­ем в 1788 году Оренбургского магометанского духовного собрания бы­ло при­зна­но их пра­во жить по сво­ей рели­гии.

До 1865 году территория современного Башкортостана входила в состав Оренбургской губер­нии Российской империи, с 1865 года — Уфимской. В марте 1919 года была образована Башкирская АССР в составе РСФСР.

Перевод Ямалетдинова

---

Свидетельством ранних связей с исламским миром — находки Левашовского могильника в Ишимбайском районе Башкортостана. Среди них — три серебряных дир­хама и золотой динар времен Арабского халифата, датируемые 706, 712 и 892 годами. Про­никновение в Башкирию ислама как религии начинается после официального принятия ислама Булгарским государством (X век). Основную роль в первоначальной исламизации баш­кирских племён сыграли миссионерство и торгово-экономические связи с исламским миром. Активное проникно­вение мусульманской религии в башкир­ скую среду относится к XIII—XIV векам.

Исламизация башкир в XIII-XIV веках связана с вхождением ее в состав Золотой Ор­ды. При хане Узбеке (1312-1341) ислам ста­новится официальной религией Золотоор­дынского ханства. В его правление к башки­рам с миссионерской целью были посланы мусульманские проповедники, получившие духовное образование в Булгарах.

Распространение ислама среди башкир заня­ло несколько столетий и завершилось только в XIV-XV веках. Впоследствии территория Башкирии входит в состав Казанского, Ногайского и Сибирского ханств. Ликвидация Казанского ханва в 1552 году и начало насильственной христианизации татар вызвали отток значи­тельной части мусульманского населения из Поволжья в Башкирию. К середине XVI в. ис­лам стал важной составляющей образа жиз­ни башкирских родов.

Важным элементом быта башкир стали праздники мусульманского календаря — раз­ говение (рамазан-байрам), жертвоприноше­ ние (;курбан-байрам), рождение Пророка (маулид), паломничество (зийара) к могилам мусульманских «святых», проповедников. В среде башкир распространялись мусульман­ ское образование и письменность, в основ которой лежала арабская графика. Наиболе ранние арабографичные записи, известные на территории Б., — эпиграфические памят­ ники, в частсти надгробие Хусайн-бека. На тюрки со множеством элементов собственно башкирского языка выполнены первые пись­ менные памятники башкир— шежере (от араб, шаджара — «родословное древо»), за­ пись которых началась с X V -X V I вв. Доисламские обычаи и верования не были полностью вытеснены исламом из массового сознания башкир. В народных преданиях во множестве присутствовали сверхъестествен­ ные существа, духи, колдуны, волшебники и влшебницы, в реальной жизни большую роль играли ворожеи и ворожейки, знахари и знахарки. Религиозно-мифологические пред­ элементы шаманизма. Исследования совре­ менных этнографов также свидетельствуют о сохранении элементоязыческих культов в повседневной жизни, в частности в приго­ товлении таких традиционных блюд, как изделия из теста, замешанного на большом количестве яиц (баурсак , чак-чак). Исполь­ зование яиц в боших количествах носило в древности ритуальный характер и связано с поклонением родовым птицам — журавлю, ворону, соколу. Лингвисты сообщают о зна­ чительном пласте магической лексики, при­ сутствующей в разговорном языке совре­ менных башкир; искусствоведы наряду с мусульманской атрибутикой в убранстве жилища отмечают и языческие символы: узорные надкроватные ленты, настенные геометрические узоры, прибитый над две­ рью или за печью развернутый веером хвост петуха, глухаря или тетерева— своеобраз­ ные обереги от злых духов и напастей. Сле­ ды древних поверий башкир сохранились в топонимии Б. На ее территории во множест­ ве присутствуют древнеродовые, тотемисти­ ческие, демонологические, теонимические топонимы: Аждаха узэгэ («ложбина драко­ на»), Аждаха сокоро («овраг дракона»), Би­ реле тау («чертова гора»), Биреле козок («чертов колодец»), Капак куле («озеро страшилища»), Енле тау («гора нечистой силы»), а также немало мест, обозначенных колдуньями, злым духом, шайтаном. В райо­ нах Б. есть горы, рощи, камни, речки, в наз­ ваниях которых присутствует слово эулиэ — «святой» (от араб, аулийа ”). Названия не­ которых мест связаны с обрядом жертво­ приношения, несколько гор носят название Курбантау, Курмантау (в Гафурийском райо­ не Б., Кувандыкском районе Оренбургской области). Вместе с тем имеются топонимы связанные со словами масджид (мечеть), азан (призыв на молитву), Мадраса. В на­ стоящее время наиболее ярким подтвержде­ нием сохранения элементов древних культур в сознании и практике башкир являются паломничества к «святым» местам — эулиэ кэбэре (могилы «свх»). Почитание могил мусульманских «святых» — отголосок древ­ них пластов духовной жизни башкир, когда жители каждого рода имели свое священное место— камень, скалу, вершину горы, ро­ щу. Таким древним святилищем была гора Тратау близ г. Стерлитамака, гора Масим- тау, святилище вблизи Ирдяшева озера, гора Курмантау в Гафурийском районе. На ее вер­ шине расположены большие зольники, их назначение определяют как религиозно-об­ рядовое. Такие же зольники — жертвенные места есть в Бирском районе у деревни Но- во-Биктимирово. В настоящее время бывшие священные места, как правило, стали местом проведения сабантуе в, игр и т.п. Следует отметить и то, что башкиры, обращаясь к Всевышнему, часто называли и называют его Худай. Наряду с именем Аллаха долгое время упоминалось главное божество древ­ них башкир — Тенгри (Дух неба у тюрок). С конца XV III в., после учреждения Орен­ бургского магометанского духовного собра­ ния (ОМДС), укрепляются позиции ислама и официального мусульманского духовенства Поволжье и на Урале. Ислам прочно вошел в сознание, быт, образ жизни тюркского на­ селения Б.

На рубеже X V III-X IX вв. на территории Б. начинается интенсивное строительство мусульманских культовых зданий. Уже в на­ чале X IX в. в 12 уездах Оренбургской губер­ нии было 1258 деревянных и 4 каменные мечети. В середине X IX в. здесь насчитыва­ лось уже 1932 мечети, из них 7 каменных. Первые мечети, построенные на территории Б., не сохранились. Следует иметь в виду, что мечеть у башкир, кочевавших вплоть до XV III в., — не обязательно специальная по­ стройка или отдельное здание. Часто служба проводилась в жилище муллы. Именно в таком жилище — кибитке муллы — останав­ ливался Л.Н.Толстой, проживая у башкир Самарских степей летом 1871 г. Во врем кочевок функции культового помещения выполняла одна юрта. Строительство специ­ альных культовых зданий началось в баш­ кирских деревнях на рубеже X V II-X V III вв., когда башкиры стали переходить к оседлому образу жизни. К концу X IX в. были построе­ ны десятки мечетей, иногда до трех-пяти в деревне, определились основные черты и традиции культового зодчества башкир. В Б. сформировался принятый в аулах тип сель­ской срубной мечети: высокий сруб от 2,7 до 4,6 м, с крыльцом с северной стороны и михрабом с южной, покрытый двускатной кры­шей; михраб также обычно имел свое дву­ ских аулах оставались необшитыми. Иногда для предотвращения порчи древесины сруб мечети обмазывали глиной и производили побелку. Характерная особенность башкир­ских мечетей — отсутствие гумбезов — над­ек с покрытием в виде купола. Гумбезы строились в мечетях наиболее крупных де­ревень или в городах. Мечети башкирских аулов всегда отличались крайней простотой.

Почти все мечети в Б. были деревянными для их строительства использовались сосна, лиственница или дуб. Каменные мусульман­ские культовые постройки встречались в Б. редко.

Мечети были центром не только религи­озной, но практически всей духовной жизни мусульман и сыграли большую роль в рас­пространении образования. При каждой ме­чети действовала начальная школа (мектеб) или школа среднего и высшего типа (Мадра­са). По данным 1913-1915 гг., в Уфимской губернии насчитывалось 1579 начальных школ, в которых обучалась 91 тыс. учащих­ся, из них— 18 тыс. девочек. В Мадрасах Хусайнийа (Оренбург), Галийа и Усманийа (Уфа), Стерлибашевская преподавание не ограничивалось религиозными дисциплина­ми, в них с готовностью восприняли идеи джадидизма, распространителями которых в Б. были Зия Камали (1873-1942), Риза Фахретдинов (1859-1936) и др. В то же время эти учебные заведения были центрами под­готовки кадров мусульманского духовенства для собственно Б. К концу X IX в. в Уфим­ской губернии насчитывалось до двух тысяч служителей культа.

Ислам не изменил природу экономиче­ских отношений в башкирской среде — они по-прежнему оставались ясачными. Закат и садака практически слились и преврати­лись под названием садака в добровольные (с точки зрения мусульманской нравствен­ности— обязательные), но не регламенти­рованные пожертвования мусульман, шед­шие главным образом на содержание мече­тей, религиозных школ и духовенства и с хранявшие значение очистительной мило­стыни в пользу бедных. Но ни садака, н другие виды пожертвований не составляли экономической основы башкирского обще­ства. Исторические условия функциониро­вания ислама в Б. в X V I-X V III вв., когда ин­тенсивно проводилась христианизация ино­родцев, не благоприятствовали развитию ин­ститута вакфов. В ходе подавления башкир­ских восстаний X V II-X V III вв. были исполь­зованы экономические санкции в отношении мусульман: мечети превратились в объект налогообложения, исполнение обрядов, ве­дение службы в этот период сопровождались уплатой податей в государственную казну, башкирские муллы были лишены права соб­ ственности на землю, право приобретать башкирские земли получили л/уллы-мещеряи в качестве поощрения за подавление баш­кирских восстаний. С учреждением в 1788 г. ОМ ДС функции и права «указных мулл» были расширены, упрочилось их имущест­венное положение, появился постоянный источник дохода в виде вознаграждений за исполнение обрядов (наречение имени, бра­косочетание, похороны) и пожертвований во время религиозных праздников. Часть всех получаемых денег шла на содержание рели­гиозных школ, а также передавалась в ОМ ДС на содержание муфтийата, оставшееся составляло доход самих духовных лиц. Од­нако низкий уровень развития производи­тельных сил и товарно-денежных отноше­в башкирской деревне не дает основа­ний говорить о высоких доходах мулл, осо­бенно денежных. Что касается вакфов — не­движимости в виде земельных наделов, тор­говых лавок, мастерских, принадлежавших мусульманским учреждениям, то источники умалчивают о таковых. В пореформенный период в собственности религиозных учреж­дений Уфы, Стерлитамака, Челябинска ста­ли появляться торговые лавки и ремеслен­ные мастерские, небольшие участки земли; многие мечети были построены на средства, завещанные и подаренные частными лица­ми. Практика дарений в пользу мусульман­ских учреждений утвердилась в Б. лишь в конце X IX в.: слишком поздно, чтобы гово­рить о превращении ее в систему. К вакфному имуществу в Б. можно отнести в основ­ном лишь сами мечети и мадрасы, доход­ность которых весьма сомнительна.

Быстрое распространение ислама в Приуралье было обусловлено способностью этой религии адаптироваться к местным социо­культурным реалиям, в том числе к тради­циям башкирского родо-племенного полу­кочевого общества. Наложение ислама на местные религиозные представления и куль­ты определило особенность ислама в Б. — его ярко выраженную мистическую сущ­ность. Именно поэтому в среде башкир по­лучил распространение суфизм в форме ишанизма. Суфийские братства не противопос­тавлялись «нормативному» исламу, а «офи­циальный» и «народный ислам» не были четко разделены. Башкирские суфии — ишаны — были одновременно и «указными», т.е. официально назначенными муллами. На­ следственность как особенность ишанизма особенно ярко проявилась в башкирской среде — башкиры обычно являлись наслед­ственными муридши ишаноъ какого-либо рода. Известны целые династии ишаноъ, на которые распространялся авторитет их ро­доначальников, а на их потомков переходи­ло почитание их последователей. Роль иша­ноъ в формировании идейных и нравствен­ных убеждений их учеников была исключи­тельно велика. В большинстве своем ишаны Б. были носителями мусульманских идейно­философских традиций, восходивших к ран­ним арабским и среднеазиатским школам и адаптированных к особенностям уклада баш­кирского общества. Под их влиянием сфор­мировалась основная часть башкирской ин­теллигенции. В целом суфизм в форме иша­низма сыграл в Б. значительную роль в разви­тии литературы, искусства, общественных и политических взглядов представителей баш­кирской культуры. На всем Урале и в Повол­жье были известны династии ишаноъ Тукаевых, Галикеевых, Расулевых, Курбангалиевых.

Последователи ишаноъ Зайнуллы Расулева (1833-1917) и Курбангалиевых представ­ляли собой два течения в башкирском ишанизме, отражавших борьбу ислама, устояв­шегося в местной среде, с любыми попыт­ками его модернизации. Их различали взгля­ды на мусульманскую школу, отношение революционному движению в России, к дальнейшей судьбе Б. Расхождения религи­озного характера между ишаном Зайнуллой и Габдулхакимом (‘Абд ал-Хакимом) Курбангалиевым (1809-1872) переросло в поли­тическое противостояние между их последо­вателями, приведшее к трагическим послед­ствиям.

Ислам в Б. был исторически сложившейся реальстью, данностью башкирского общества, но не стал самостоятельной политиче­ской силой. Нормы ислама, социальные нравственные элементы исламской этики и философии получили отражение в наци нально-освободительной практике, в частно­сти в деятельности А.-З. Валидова— ини­циатора создания башкирской государствен­ной автономии. В 1917-1918 гг., в ходе раз­вития башкирского национального движения при национальном правительстве А.-З. Ва­лидова было создано самостоятельное Баш­кирское духовное управление мусульман Малой Б. После объединения Малой Б. с Уфимской губернией в единую Б А ССР на­чалось претворение в жизнь декрета об от­делении церкви от государства. Антирели­гиозная политика советского правительства в 20-30-х гг. привела к резкому сокращению количества мечетей и мусульманских общин на территории Б.: в 1927 г. их было 2414, в 1934 г. — 323, в 1940 г. — 12. Союзное пра­вительство сознательно санкционировало разделение мусульман по национальном признаку, провоцируя тем самым борьбу между Центральным (ЦЦУМ) и Башкирским духовными управлениями мусульман. Тер­ритория Б. была поделена на сферы влияния двух ведомств, однако оба они не смогл противостоять воинствующему атеизму и политике массового закрытия мечетей.

В годы Второй мировой войны правитель­ство ослабило давление на религию. В 1948 г. в Уфе состоялся съезд мусульманского духо­венства, на котором был принят новый Уств ЦЦУМ , преобразованного в Духовное управление мусульман Европейской час­ти СССР и Сибири (ДУМ ЕС). В 50-70-х гг. ислам официально считался «пережитком» в массовом сознании башкир, однако религи­озные традиции сохранялись. Значительно число верующих исполняло религиозные обряды, соблюдало пост (ураза), отмечало традиционные мусульманские праздники.

Так, по отчетам уполномоченных при СМ БАССР общесоюзного Совета по делам ре­лигий, в дни мусульманскипраздников в двух уфимских мечетях в 60-х гг. собиралось от 2 до 3 тыс. человек, а в Стерлитамаке, Ишимбае, Ахунво и других городах— от 100 до 800 человек. Гораздо больше было людей, скрывавших свои религиозные убеж­дения.

Со второй половины 80-х гг. восстанав­ливаются старые и строятся новые мечети, в Уфе учреждается мусульманское среднее учебное заведение. Духовному управлению возвращаются старые, принадлежавшие ему с середины X IX в. постройки. Члены ДУМ ЕС и мусульманское духовенство Б. принимают участие в международных мусульманских форумах. В августе 1991 г. от ДУМ ЕС отде­лилось Башкирское духовное управление (БДУ) мусульман во главе с Нурмухаметом Нигматуллиным. На 1 января 1997 г. в Рес­публике Башкортостан насчитывалось 490 мусульманских приходов (для сравнения: в 1987 г. их было всего 19), которые находились в подчинении трех центров: в Б. зареги­стрированы Центральное духовное управле­ние мусульман России и европейских стран СНГ (Верховный муфтий Т. Таджуддин), Духовное управление мусульман Республи­ки Башкортостан (муфтий Н. Нигматуллин) и Духовное управление мусульман по Рес­публике Башкортостан (муфтий Р. Насыров, в подчинении ЦДУМ ). Мусульмане север­ной и северо-западной части республики находятся под юрисдикцией ЦДУМ , а цент­ральных и южных районов — под юрисдик­цией БДУ. В ведении ЦДУМ находятся райо­ны с преобладающим татарским населением, а введении БДУ — с башкирским. Кадры духовенства готовят в шести мадрасах Б. в том числе в Высшем исламском институте им. Р.Фахретдинова (Уфа). Осенью 1997 открылась женская мусульманская школа.

Переводы Корана

По инициативе Башкирского народного центра “Урал” на основе текста перевода с арабского на башкирский язык Д. Кинельского творческим коллективом (Ф.Н.Баишев, Д.Д.Магадеев, Н.А.Суяргулов) была подготовлена и выпущена издательством “Китап” полная редакция текста Корана на башкирском и арабском языках с транскрипцией арабских слов башкирскими буквами — Ҡөрьән-Кәрим (1993; переиздана в 2009).

М. Ямалетдином переведены на башкирский язык и опубликованы 50 сур Корана — Ҡөрьән. Мәүлит Ямалетдиндың шиғри тәржемәләре (2002; Коран. Поэтические переводы Маулита Ямалетдина).

В 2005 году издательство «Дагват» выпустило смысловой перевод Корана на башкирском языке — Ҡөрьән тәфсире. Перевод написан на современном башкирском языке. При переводе учитывалось правильность смыслов, а не подстрочный перевод.

Академия Корана

В Академии Корана имеется раздел на башкирском языке (https://ba.quranacademy.org). Осенью 2016 года Академия Корана начала работу по пословному переводу Корана на башкирский язык.

Источники

• Особенности языка и стиля башкирского перевода Корана. cheloveknauka.com

Литература

Использованная литература

• А.Б. Юнусова, Башкирия // Ислам на территории бывшей Российской империи : Энциклопедический словарь / сост. и отв. ред. С .М . Прозоров. — M. : Восточная литература, 2006. — С. 57-63.

Дополнительная литература

• M.R. Heß, Bashkir // Encyclopaedia of Islam, THREE. — Leiden : E. J. Brill, 2012. — Vol. XXI. (англ.)
• Z.V. Togan, Bas̲hd̲j̲irt // Encyclopaedia of Islam, Second Edition. — Leiden : E. J. Brill, 1986. — Vol. I (A—B). (англ.)

Информация о статье

• Автор: Редакция сайта; E-mail: feedback@quranacademy.org.
• Библиографическая ссылка: Башкирский язык [Электронный ресурс] // QuranAcademy.org: Академия Корана. 2026 г.
• URL: http://ru.quranacademy.org/encyclopedia/article/Башкирский язык
• Дата первой публикации:

Сотрудничество

Академия Корана при­гла­ша­ет к сотруд­ни­чест­ву авторов статей, редакто­ров, пере­вод­чи­ков, волон­тёров и т. д. Об ус­ло­виях сотрудни­чест­ва и других интере­сую­щих Вас вопросах мо­же­те спросить в на­шем Те­ле­грам-ак­каунте.

Авторы этой статьи — участники проекта Академии Корана. Если вы хотите обсудить содержание статьи, то перейдите на страницу обсуждения статьи. Ссылки: 🔎 Просмотр (адм, язык арх, dev) / Википедия (цит.) / Iequran (л,с, а) / corpus / Brill: (1, 2, 3) / EQ / Islamica (ш, с) / TDVIA (ш) / ИЭС’91 / Али-заде Мета-теги:  / Google (hqa) / Яндекс : * {{TDV||статья||yıl=|cilt=|sayfa=}}